Обыкновенное чудо по-голливудски

Существуют фильмы, которые одним только фактом своего появления на свет вызывают всеобщий ажиотаж. Как правило, они сопровождаются гигантскими бюджетами, звездными актерскими ансамблями, общей эпохальностью и плохо скрываемыми амбициями. Какие-то из них, проваливаются, какие-то становятся кассовыми рекордсменами, а какие-то остаются в истории. На них начинают равняться, они рождают определенные тренды в кинематографии, стиле и образе жизни. Происходит это аккурат раз в пять-десять лет. Из девяностых толпа вынесла на руках "Форреста Гампа", "Криминальное чтиво", "Бойцовский клуб", "Амели", "Матрицу". Экстерьер "Загадочной истории Бенджамина Баттона" таков, что именно эта картина Дэвида Финчера обречена войти в историю двухтысячных.

Начинающаяся, как слезливая мелодрама (умирающая мать, чтение дневника возлюбленного на смертном одре, нефактурный часовщик, запустивший часы задом-на-перед), к середине превращаясь в комедию положений, в финале кривая этой киноленты выходит на широкое поле ортодоксальной жизненной трагикомедии, приобретая поистине "форестгамповский" размах и слог (даром, что сценарист у обоих фильмов один и тот же).

Самым удивительным, является то, что Финчер, по сути собравший все гиперштампы современного кино (любовь-одиночество, жизнь-смерть, богатство-бедность, etc), бесконечно, казалось бы, уже замыленные и затертые до дыр, сумел сделать из всего этого монументальный памятник человеческому стоицизму. Нетривиальный, непошлый и, главное, весьма душеполезный.

Конечно, можно предъявить кучу претензий к репликам героев, актерской игре, большому хронометражу и, будь он трижды неладен, советскому Мурманску. Хотя, есть в фильме яркие запоминающие стоп-кадры (узловатые пальцы на клавишах пианино, растерянный Бенджамин в лучах ночника, танцующая в парке Бланшетт, чайная банка с пуговицами в руках покойника), да и колибри над морем - это не воробей над спортзалом, как ни крути. Но ведь любому дураку понятно, что это в "Баттоне" отнюдь не главное. Акцент делается совсем на другие вещи. И не только на бесконечную формулу молодости и философии жизни - каждый найдет для себя в фильме ещё с десяток подтекстов.

Символичным является и то, что Финчер, когда-то выведший своим "Бойцовским клубом" Брэда Питта, как актера, в "высшую лигу", в этой работе окончательно утверждает его на роль героя нашего времени. Такого, каким стал Том Хенкс после "Филадельфии" и "Форреста Гампа". Теперь можно запросто становиться лицом Unicef, ООН или, на худой конец, "Гринписа", сниматься в социальной рекламе, быть лицом нации. Отодвинуть на второй план жену, которая, справедливости ради, сыграла в иствудовской "Подмене" много тривиальнее. В конце концов, Питт вполне может получить за этот фильм "Оскар". Почему нет?

Но из всех фабул, так или иначе выведенных в фильме, самой гуманистичной является, безусловно, упрощенная версия расхожего "Где родился - там и пригодился" (в прямой вариации "родился-пригодился"). И в финале картины каждый получает надежду на то, что даже в эпоху глобальных кризисов можно снимать кино о простых человеческих ценностях. Просто, ясно и очень по-голливудски. Может, это и есть начало эры милосердия?